/

«Не мог байкер ехать 42 км/ч, не виноват я в гибели этого парня», — считает 24-летний водитель Александр, которого суд Орши признал виновником смертельной мотоаварии и приговорил к трем годам «химии». Он уверен, что осудили его безосновательно, потому что «на месте аварии неправильно собрали следы, эксперт допустил ошибки, а следователь сделал ложные выводы».

Фото: Юлия Альгерчик

«Нарушил ПДД — пересек сплошную разметку. Но на этом моя вина заканчивается»

Смертельная мотоавария произошла 25 июня, около 19.00, возле поселка Высокое Оршанского района. На 66-м километре трассы Орша — Витебск 23-летний водитель Opel Zafira, начиная движение после остановки на обочине, совершил столкновение с ехавшим попутно мотоциклом Suzuki. В результате ДТП 23-летний мотоциклист от полученных травм умер на месте происшествия.

За рулем автомобиля был житель Орши Александр. Обратился в СМИ он уже после того, как прошло первое заседание в суде.

— На трассу, где произошло ДТП, я привез на Opel своего отца — он пересел в Volvo к своим знакомым, чтобы ехать вместе по делам, — вспоминает парень. — А я развернулся, чтобы ехать в Оршу, при этом включил левый поворотник. Да, я тогда нарушил ПДД: пересек сплошную разметку. Но на этом моя вина заканчивается.

Фото: ГАИ
Фото: ГАИ

По словам Александра, когда он уже почти закончил разворот (его машина находилась поперек проезжей части, передними колесами на обочине), в Opel врезался мотоцикл. Байкер перелетел через авто и упал на дорогу.

— Отец со своими знакомыми еще не уехали, они выскочили из машины и побежали к месту аварии. Потом сообщили о ДТП в милицию, скорую. Приехала следственно-оперативная группа, зафиксировала следы…

Вопросы к работе оршанского следователя у Александра возникли практически сразу. Например, следствию с ближайшей АЗС передали видео, снятое камерой наружного наблюдения. Но момента столкновения машины и мотоцикла на записи почему-то нет. Стоит отметить, что на этой заправке работает сестра погибшего байкера.

Фото: Юлия Альгерчик
Обвиняемый Александр

— Я неоднократно обращал внимание следователя на неточности в деле, спрашивал, почему у следственных экспериментов разные результаты, писал жалобы, просил провести независимую экспертизу. Мне все время отказывали.

В суде Александр заявил, что свою вину в гибели байкера он не признает. Пострадавшие — близкие родственники погибшего (всего семь человек) — в виновности парня не сомневались и считали, что «дополнительные экспертизы — это просто затягивание времени». Они заявили иски о материальной компенсации морального вреда общей суммой 240 тысяч рублей.

«Следы торможения были на месте аварии. А в документах по делу их нет»

Свидетели, которые были на месте ДТП, в том числе отец автомобилиста, не видели, когда байкер врезался в Opel, лишь услышали звук удара. Только водитель Volvo отметил, что когда он стоял на аварийке, со своего места в зеркало заднего вида видел фару едущего мотоцикла. Сказать, как быстро ехал мотоциклист, по какой полосе ехал и когда оказался на встречке, свидетели не могут. Они пояснили, что припаркованная Volvo его проезду не мешала.

При ударе байка в левую часть Opel в нем повредились с обеих сторон ручки, глушитель, вилка, диск переднего колеса деформировался и надломился. В машине сработали подушки безопасности, повреждения были на левой части авто: бампере, крыле, двух дверях. В протоколе осмотра места ДТП отмечено, что следов торможения транспортных средств не обнаружено, но на полосе, которая ведет в сторону Орши, есть два узких наслоения темно-серого цвета. А еще перед мотоциклом было большое масляное пятно.

— Следы торможения были, я видел их. Не понимаю, почему их не зафиксировали, — отметил в суде обвиняемый. — На следующий день после аварии я приезжал на место происшествия, снимал эти следы на видео, а потом показывал следователю Чумракову, просил, чтобы и он их зафиксировал. Он сказал, что поедет и все сам снимет. Но, к сожалению, про эти следы в документах ничего нет.

Следы на месте ДТП, которые Александр снял на видео.

Однако еще один следователь, Шереметьев, который был на месте аварии, отметил, что все необходимые следы они зафиксировали.

— На месте ДТП мы смотрим следы торможения, осыпь стекла, царапины на проезжей части, конечное положение транспортных средств. Все следы фиксируются, фотографируются, предоставляются экспертам. Если они выходят за место осмотра, то осматривать их не имеет смысла. Что за следы были на месте ДТП, кому они принадлежали — я сказать не могу, ведь я не эксперт, — объяснил следователь.

Защитник обвиняемого считает, что если обратиться к фото из материалов дела, то ни первого, ни второго наслоения на них нет, но они отмечены в протоколе. Зато перед масляным пятном есть длинный след — его следователя и просил зафиксировать Александр. Сторона обвиняемого считает, что это тормозной путь байка.

Эксперт: «То, что я перепутал левую и правую стороны, на выводы не влияет»

Экспертизы по ДТП проводили специалисты из Витебска. Согласно их выводам, байк и автомобиль столкнулись под углом 12 градусов, перед столкновением мотоцикл ехал со скоростью 42 км/ч. Также эксперты по видеозаписи с АЗС должны были установить, как двигались Opel и байк, моменты начала маневров перед столкновением, момент возникновения препятствия или опасности для движения мотоцикла и другое. Однако ответить на эти вопросы не получилось: видеозапись была неравномерная, на ней отсутствовали значительные фрагменты.

— Не мог спортбайк ехать так медленно! — убежден обвиняемый. — А почему в экспертизе нет ни слова о серьезном повреждении обода колеса Suzuki? Оно не могло произойти при скользящем ударе. Возмущает еще и то, что следователь отдал байк родственникам мотоциклиста на хранение еще до окончания следствия, причем меня об этом не предупреждали.

Фото: Юлия Альгерчик
Защитник обвиняемого Петр Бирюков

В суд был приглашен старший эксперт отдела криминалистических экспертиз Виталий Шпаковский, который делал четыре экспертизы по этой аварии. Специалист уверен, что выводы его экспертиз правильные. Однако в суде выяснилось, что в экспертных документах содержалось много ошибок. Например, путаница произошла с местом, где лежал мотошлем погибшего парня: по данным эксперта, он был на обочине в сторону Орши, хотя лежал он на противоположной стороне. Также ошибка закралась в сведения о стороне, которой контактировал байк с авто: эксперт написал, что это была левая сторона, а на самом деле — правая.

— Возможно, со шлемом так получилось, потому что осмотр проводился в направлении Орши. Описка со стороной мотоцикла была потому, что на фото правая часть воспринималась как левая. Но это не значит, что выводы неверные сделаны, разницы никакой, — объяснил эксперт.

Адвокат обвиняемого: «Экспертиза неквалифицированная, а выводы неверные»

Защитник Александра выяснял у эксперта про следы на дороге, по которым тот делал исследование: по его мнению, видны ли они на распечатанных фотографиях в деле?

— Следы не обозначены, я не замечаю их. Но и не утверждаю, что их нет, может, я их не могу различить из-за передачи оттенков. Возможно, в электронном виде они будут видны, — сказал Шпаковский.

Обвиняемый и его адвокат уверены: такое повреждение обода переднего колеса байка возможно было при прямом ударе в машину. Эксперт при своем исследовании этот дефект подробно не описывал

— Но если вы делали экспертизу, основываясь на следах, которые сейчас не видите на фото, то почему вы не приняли во внимание еще один непрерывный след, который виден? — уточнил адвокат, имея в виду тот след, который снял на видео обвиняемый и о котором в деле ничего не сказано. На это эксперт ответил, что пользовался информацией, которая была ему предоставлена.

Что касается серьезного повреждения переднего колеса мотоцикла, то Шпаковский сказал, что данные о нем в экспертизе есть.

— Я же не писал, что колесо целое, я написал: колесо деформировано в осевом направлении. Конкретно не описывал повреждения обода, не имеет значения, насколько он деформирован. Мелкие царапины, погнутости я не учитывал, лишь наиболее яркие и заметные, — сказал эксперт.

— Но колесо серьезно повреждено, как эту деформацию можно отнести к незначительной? — недоумевает обвиняемый.

Из результата экспертизы: примерное расположение Opel и мотоцикла в момент столкновения

После опроса эксперта адвокат Александра сделал вывод, что экспертиза была проведена неквалифицированно: экспертиза по следам неполная, технические повреждения колеса мотоцикла не учтены, много ошибок и описок. Он ходатайствовал о назначении повторной автотехнической экспертизы, которую бы провели специалисты центрального аппарата. Однако суд ходатайство отклонил, отметив, что эксперт обладает знаниями в своей области, а свои ошибки он объяснил.

Фото: Юлия Альгерчик

— Мы считаем, что эксперт работал в тесном контакте со следователем и они исказили дело. Еще во время следствия мы просили независимую экспертизу, но это проигнорировали, тормозной след не учли. Считаем, что угол столкновения байка и авто был ближе к прямому, при установленных 12 градусах он улетел бы в кювет. Я даже думаю, что эксперту на исследование было предоставлено другое колесо, — отметил адвокат Бирюков. — А почему на схеме ДТП нет Volvo, не описаны траектории движения ни мотоцикла, ни Opel? На все многочисленные ошибки мы указывали, но нас игнорировали. Мы даже давали отвод следователю Чумракову. Его сперва заменили, а потом вернули обратно…

Суд: виновен, три года «химии»

Во время прений прокурор заявил, что считает вину Александра доказанной, а отказ обвиняемого признавать свою вину — это позиция, чтобы избежать уголовной ответственности. Представитель обвинения отметил, что водитель Opel мог видеть приближающегося мотоциклиста и не допустить аварии. А байкер в этом случае мог ехать по встречке, потому что в его полосе стояла Volvo. Но, возможно, Александр допустил ошибки при управлении авто: смотрел в зеркала заднего вида, двигаясь при этом на разворот, и не мог заметить едущего байкера.

Гособвинитель затребовал наказать Александра четырьмя годами колонии-поселения, при этом срок по амнистии предлагается уменьшить на один год, дополнительное наказание — лишение прав на пять лет, а также удовлетворение материальной компенсации морального вреда.

Адвокат Бирюков заявил, что считает обвинение в отношении своего подзащитного абсурдным. Ведь в расследовании дела много противоречий и пробелов из-за того, что за ходом следствия не было должного контроля и надзора. Защитник попросил суд оправдать Александра.

Суд Оршанского района признал Александра виновным в совершении ДТП и назначил ему наказание — три года колонии-поселения, лишение прав на пять лет, также он должен выплатить пострадавшим 50 тысяч рублей в счет материальной компенсации морального вреда.

Александр сообщил, что с приговором он не согласен и будет его обжаловать в Витебском областном суде.

-30%
-15%
-22%
-10%
-30%
-11%
-25%
-23%
-20%