Эксклюзив


/ /

Эта история почти месяц ждала публикации. Когда осужденный за смертельное ДТП Сергей Шелухо пришел в редакцию, надежды у него практически не было: его ждала колония, жена оказалась в реанимации, а на руках оставалась маленькая дочка. Сергей обошел все инстанции, обратился к президенту и в Верховный суд, чтобы его приговор пересмотрели. Удивительно, но даже родные погибшей вступились за виновного в гибели их родного человека. И чудо произошло. Как раз под Новый год.

Смертельное ДТП на трассе

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

В ноябре 2016 года Сергей ехал с женой и 4-месячной дочкой в Бобруйск отмечать день рождения. Недалеко от деревни Токари он не заметил на пешеходном переходе маму с двумя детьми и сбил их. Женщина скончалась на месте аварии, один ребенок получил травмы.

Позже ГАИ напишет в протоколе: водитель слишком поздно заметил пешеходов, но был трезв, скорость не превышал. А следователь Бобруйского межрайонного отдела СК придет к выводу: «одной из причин происшествия явилась недостаточная освещенность нерегулируемого пешеходного перехода, исходя из чего внесено предложение установить дополнительный фонарь освещения».

Из материалов дела следует, что и дети-пешеходы не помнят, убедились ли они в безопасности движения, видели ли они машину Сергея, посмотрели ли на дорогу, прежде чем ступить на проезжую часть.

Суд Бобруйского района приговорил Сергея к 2 годам и 6 месяцам лишения свободы с направлением его в колонию поселения, возмещению морального вреда в размере 15 тысяч рублей и лишению водительских прав на пять лет. Приговор вступил в законную силу.

— Вину признаю полностью, не оспариваю ни моральный ущерб, ни лишение прав, ни арест автомобиля. Я сразу вызвал ГАИ, скорую, МЧС, оплатил лечение. Скорость у меня была 80 км/ч — там ограничение по скорости стоит. Прошел год, а я до сих пор не могу поверить в случившееся. Я виноват в этой трагедии и никогда себя не смогу простить. И готов понести наказание. Мы с женой настраивали себя, что нужно быть сильными, что как-то выстоим эти два с половиной года, будем держаться.

«Держусь ради дочки…»

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Сергей изучил множество приговоров по аналогичным авариям и пришел к выводу, что в похожих авариях приговор разный. Но вот от чего он зависит, мужчина не может сказать.

— Выходит, у меня самое суровое наказание из возможных при имеющихся смягчающих обстоятельствах? Я следил за такими же делами. Одно из последних — наказание 47-летнему водителю автобуса МАЗ, который в Бресте ехал по бульвару Шевченко и наехал на двух женщин. Они переходили дорогу по регулируемому пешеходному переходу. Одна из них скончалась в тот же день в больнице, а вторая женщина получила легкие травмы. Суд приговорил его к 2,5 года ограничения свободы без направления в колонию. У меня на руках годовалая дочка и уже жена, я никогда не был судим до этой трагедии. У меня есть административные нарушения, и в суде я их указал — три за отсутствие техосмотра и два за заезд под знак «Проезд запрещен». В одном из случаев я вынужден был остановиться в неположенном месте, потому что дочке стало плохо, и я, честно признаться, не выбирал, где останавливаться. Это не грубые нарушения ПДД, они не повлекли за собой ничего, кроме штрафа. Но суд почему-то не учел этого.

Сергей начал ходить по инстациям — вину он с себя не снимал, но просил не отправлять его в колонию. Жизнь мужчины превратилась в череду судебных заседаний и прошений. Сначала апелляция в районном суде Бобруйска, потом обращение в Могилевский областной суд, потом к заместителю Верховного суда, потом к председателю этого же суда. Но отовсюду приходил отказ в изменении меры наказания.

Последний отказ пришел в сентябре 2017 года из Верховного суда. Через несколько дней жену увезли в реанимацию. У нее диагностировали системный васкулит с поражением верхних дыхательных путей, легких и почек — заболевание, которое возникает ниоткуда. Диагноз сложный, лечение тяжелое, до конца жизни Ульяне придется сидеть на таблетках и раз в месяц чистить кровь. Если она выкарабкается. Сейчас 29-летняя Ульяна находится на аппарате ИВЛ, дышать сама не может.

— Она вся в трубках, в реанимации в 9-й больнице. Врачи не дают прогнозов. 11 сентября я получил отказ из Верховного суда, а 18 сентября жену увезли на скорой. С тех пор у нее в памяти остался только день 17 сентября — день накануне кризиса. Сейчас ее состояние нестабильно. Вроде бы все хорошо, а на следующий день — снова кризис. Если бы я знал, что жена здорова, я бы не просил. Но оставить ее в реанимации…

Сергей показывает свежие справки о состоянии здоровья жены. В больницу, где лежит Ульяна, недавно привезли аппарат, подаренный послом Кореи. Ей стало лучше, врачи планировали отключать ее от аппарата ИВЛ и переводить в палату. Но внезапно ее состояние ухудшилось.

— Верю, что все будет хорошо. Но у меня просто нет сил, рано или поздно они у всех заканчиваются. И люди начинают сдаваться. Держусь ради дочки, если бы не она… Кажется, жена выкарабкивается, становится лучше, а потом снова провал, — впервые за все время разговора Сергей дает слабину: крепко сжимает ладони, чтобы унять дрожь, сглатывает ком в горле и на секунду зажмуривает глаза.

Сергея с работы не увольняют, его начальство даже ходатайствовало о смягчении наказания.

Перед отъездом в колонию Сергей отправил повторное прошение об изменении наказания заместителю председателя Верховного суда и президенту.

«Мы простили Сергея. Зачем разрушать еще одну семью?»

На сторону Сергея встали и родные погибшей женщины. Потерпевшая сторона тоже добивалась в суде отмены решения суда Бобруйского района, дошли до областного суда. Но суд не принял точку зрения пострадавших.

AUTO.TUT.BY пообщался с сестрой погибшей на трассе М5 Лилей М. На заседании и в Бобруйском районном суде, и в Могилевском областном суде она и ее родные просили не назначать слишком строгое наказание Сергею, ходатайствовали об уменьшении срока и даже о назначении ему наказания без отправки в колонию.

— Мы с мужем ездили на апелляционное заседание. Мы простили его, и мама, и папа. У него в машине ехала его маленькая дочка — ей и полугода тогда не было. Он был трезвый, не превышал скорость, не гнал, у него не было умысла. Он сделал это случайно, не по глупости. Если бы сестру можно было вернуть… Но это невозможно. А зачем нам разрушать еще одну семью? — говорит Лиля.

Женщина говорит, что весь год после трагедии Сергей периодически сам звонит им, предлагает помощь. Они тоже интересуются, как дела у Сергея и чего он добился.

И все же чудо произошло

9 декабря Сергей Шелухо отправился в колонию. Возможности выйти в интернет у него не было — только звонки и смс, и только в определенное время. Верховный суд подал прошение о пересмотре дела в Могилевский областной суд. А 27 декабря Могилевский областной суд его удовлетворил. Сергей будет отбывать наказание дома.

— Я уже и не надеялся, — только и смог сказать Сергей, когда мы сообщили ему эту новость.

Есть надежда, что он встретит Новый год вместе с семьей.