• Дорога
  • Тест-драйвы
  • Видео
  • Эксклюзив
  • Автобизнес
  • Происшествия
  • Офтоп
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС

Эксклюзив


Татьяна Цырфа,

Белорусская журналистка, чемпион Беларуси по авторалли в зачете штурманов - 2011, а ныне – редактор питерского журнала "Гараж на столе" Татьяна Цырфа начала рассказывать AUTO.TUT.BY о своем путешествии длиной в 3 тыс. км на заднем сиденье Honda CBR 1100 Super Black Bird. А вот для второй части фотографий не нашлось. "С байком всегда трудно фоткать, - такими словами сопроводила она свое письмо с продолжением отчета о путешествии, - потому что фотик обычно в кофр запрятан и укутан, чтоб не побился, если что".
Питер провожал нас погодой, совсем не свойственной для середины весны: +6, сырость и холодный ветер. Даже в моей тяжелой кожаной броне было неуютно: ветер забирался в рукава и под воротник. Погодка, скорее, подходящая для начала марта!
  
Но чувство дороги и неизвестности впереди будоражили кровь, и в своем закрытом шлеме я улыбалась. Впереди нас ждал отрезок пути от Санкт-Петербурга до Минска, всего около 900 км. У россиян начинались длинные майские выходные, и вероятность пробок на выезде из города была крайне велика. Но ведь одной из причин нашего выбора была именно проездная способность мотоцикла.
 
Ожидания нас не обманули. Легкое затруднение в движении настигло нас уже под Гатчиной (35 км от КАД). Лихо лавируя между рядами медленно ползущих машин, мы оставляли километровую пробку позади. В наушниках играла любимая музыка, солнце поднималось повыше, разгоняя серость и сырость. И в душе поселилась эйфория – нам все дороги открыты, ничто не может нас остановить!
 
Однако с каждым метром пробка становилась все плотнее. Автомобили уже не ползли, а стояли. Причем уже не в два ряда (на четырехполосной дороге). Постепенно на обочине стал образовываться третий ряд. А те, кто пытался объехать пробку по "встречке", теснились от встречного транспорта на разделительной полосе, образуя жидкий четвертый ряд. Мы же, пытаясь не нарушать сплошную линию разметки, тянулись то в крайнем правом, то присоединялись к тем, кто жался в четвертом ряду на двойной сплошной.
 
Когда дорога просматривалась далеко вперед, мы вырывались на оперативный простор, на миг открывая ручку газа до упора и снова тормозя перед очередным задним бампером желающего объехать затор. Медленно, но точно быстрее своих четырехколесных собратьев по несчастью мы продвигались вперед. Все те же любимые песни в наушниках веселили сознание, а чувство, что мы все равно быстрее всех, поднимало настроение.
 
Однако пробка достигла своего апогея, когда километров через 20 встречной полосы не стало совсем. На ней стоял попутный транспорт: в пять (!) рядов. А те, кто еще пытался объезжать все это, двигались по встречной обочине! Вжавшись в спину своего водителя, я зажмурилась, предпочитая не видеть, как наш довольно большой мотоцикл лавирует по встречной обочине между стоящим и медленно ползущим транспортом. Через километр стало полегче. По крайней мере, появилась вменяемая встречная полоса. Мотоцикл рванулся навстречу простору, и стрелка эйфории опять стала стремительно подниматься.
  
Но радость моя закончилась резко и быстро. Через несколько километров стала понятна причина такого огромного затора. Не доезжая Лужской объездной, мы уткнулись в "голову" многокилометрового хвоста. Авария. От спортивного мотоцикла осталось лишь заднее колесо и кусок искаженной рамы. Принадлежность мотоцикла к классу спортбайка можно было определить лишь по оставшейся целой задней шине. Из кювета вытаскивали легковой автомобиль, еще один стоял прямо на дороге. Под останками мотоцикла – засыпанное землей огромное пятно и два шлема на обочине…
  
Я отвернулась, вжавшись в спину водителя. Сквозь шум мотора на малой скорости я услышала его: "Не смотри!"... Желание слушать музыку сразу пропало, от эйфории не осталось и следа, а в голову почему-то настойчиво полезли мысли о маме…
 
Через некоторое время "Дрозд" запросил "еды". Мы остановились на ближайшей заправке. Обсуждать увиденное не было сил. Слишком много мыслей, страхов и скорби поселилось в головах. Но думать об авариях в дальней дороге – зряшное дело. Впереди у нас еще 700 километров, и ехать их нужно совсем с другим настроением.
 
Покормив "птичку", мы снова отправились в путь. Ведь потеря времени в заторном движении была колоссальной. А в Минск нам необходимо было успеть к 20.00, так как в 21.10 с железнодорожного вокзала отходил поезд, который должен был увезти нас в лето.
 
 
Оседлав нашу Honda, мы снова отправились в путь. Дорога стала свободной, и нужно было наверстать потерю двух часов.
 
 
Первое открытие: на скорости 200 км/ч картинка мира размывается в сплошную серо-зеленую полосу. Второе открытие: от сопротивления воздуха на такой скорости голову в шлеме мотыляет из стороны в сторону. Третье открытие: 207 км/ч – это совсем не страшно.
 
 
Чем ближе мы приближались к Пскову, тем теплее становилось на улице. Из раннего марта мы со скоростью 180 км/ч въезжали в апрель. Я выглянула за плечо водителя: уровень топлива в баке опять приближался к нулю. Значит, скоро остановка. Наконец-то!
 
А вот и намеченная цель: кафе с поэтическим названием "Кресты" на выезде из города. Останавливаемся на парковке. Шлемы и подшлемники долой! Куртку нараспашку. Какой же это неописуемый кайф – снять всю кожу и наконец-то распрямить спину и колени!

 
Здесь мы делаем остановку на обед и небольшое валяние на скамейках. Все же 300 км заслуживают небольшого отдыха. Следующая после заправки остановка – только на границе, а это – еще почти 200 км!
 
После вкусного обеда по закону Архимеда… Именно! Еще одно открытие, поразившее меня саму: на заднем сиденье байка при наличии кофра можно прекрасно спать на ходу! Главное - надежно уткнуться головой в спину водителя и поплотнее прижать попу к кофру.
 
Подремала я знатно минут 30. Затем начался известный кусок дороги от Острова до Опочки. Там всегда – жуткое состояние асфальта и спать при резких маневрах на байке попросту опасно. Значит, будем обозревать окрестности. С этим тоже наметились небольшие трудности: во-первых, на скорости все равно ничего не видно, во-вторых, трасса довольно однообразна.
 
Вот и первая проблема: чем заняться на заднем сиденье байка? Если у кого есть идеи – поделитесь. Поговорить с водителем нельзя, музыка надоела, виды не радуют. Читать сложно, если только не прибивать электронную книгу к спине водителя. Пришлось маяться. К тому же начала напоминать о себе и спина, и, простите, попа! До границы я едва дотерпела. Зато была вознаграждена сполна: на улице вовсю буйствовала весна, и наконец-то стало похоже, что на дворе скоро май. Покормив свой CBR, мы завалились прямо на газон - вытянуть спины и посмотреть в бездонное синее небо. До дома оставалось около 300 км...
 
…Родина летела мне навстречу зелеными полями и густым запахом весеннего леса, а жаркая весна разбивалась о мой шлем запахом салатовых листочков молодых тополей. Березы по обочинам кутались в зеленые газовые косынки, а воды озер отражали бегущие облака.
 
Я раскинула руки, пытаясь обнять свою страну, и опять громко кричала в шлем: "Прывiтанне, родны кут!". А Беларусь встречала меня летней жарой и идеальной гладью асфальта, широким простором полей и безлюдными трассами. Воздух! Воздух, напоенный ароматами, чистый, прозрачный, весенний, густой!.. Он исцелял уставшее тело и растягивал рот до ушей в довольной улыбке. И на коротенькой остановке на заправке я восторженно повторяла, обращаясь к своему попутчику: "Воздух! Ведь, правда, же, другой воздух, правда?". А он только тихо улыбался и кивал головой.
 
А потом я упала в объятья родного города. Минск! Он встретил меня 30-градусной жарой и ярким низким вечерним солнцем, просторами проспектов, указателями на белорусском и краткими мамиными объятьями. Всего 7 минут, обнять ее, вдохнуть ее запах, поцеловать в волосы и уже пора бежать, потому что опоздаем на поезд.
 
А уже в купе, когда была открыта бутылка шампанского, посвященная первому отрезку большой дороги, я поняла – 900 км за спиной! И мы это сделали! Два сумасшедших романтика!..
 
Продолжение следует

 

 

 

0061640