реклама

реклама
реклама


Эксклюзив


/ Фото: Инга Шкелер,

Оранжево-черный Ford Cougar с «жабрами», диодные лампочки по контуру раскосых фар, зеленый неон под днищем, рэп из салона авто — перед нами нестандартная машина простого парня из деревенской глубинки. AUTO.TUT.BY побывал в гостях у человека, который никогда не отчаивается — хоть и не может по собственной глупости сесть за руль авто, которое обожает.

Фото: Инга Шкелер

С 25-летним Максом мы познакомились в один из наших визитов в Логойский район — на сельской дискотеке. Из общей массы парнишка выделялся открытостью и непосредственностью. Тогда же он пригласил нас в гости — посмотреть на свое авто с «оригинальным тюнингом».

— Очень люблю машины, с детства, — признался парень. — Батька у меня кузовщиком всю жизнь работал, поэтому к нам во двор в деревне разные машины пригоняли на ремонт. Лет с четырнадцати помогал их делать. А сейчас по кузовщине я сам все умею — нравится мне это дело, думаю, что и дальше буду этим заниматься.

Хотя определился с профессией Максим не сразу. После школы поступить никуда не успел: только права водительские получил -  и сразу пошел в армию, в пограничные войска.

— Я и не думал «косить», как это сейчас большинство делает. Физическая форма позволяла идти в армию, а «по психушке придуриваться» не собирался — зачем мне «белый билет» и пятно на всю жизнь?

Фото: Инга Шкелер

Через полтора года Макс дембельнулся и решил, что пойдет служить в милицию. Парень сдал документы, прошел комиссию — приняли, и он уже готовился получать форму. Но случайность изменила планы — он сломал ногу, поэтому со службой в милиции пришлось повременить: ждать, когда снимут гипс.

— Дома было скучно, и мы с одноклассником поехали на моей VW на день рождения друга в Минск, там решили остаться на ночь. Выпили пива. А тут на дороге начал сигналить какой-то водитель — наша машина ему мешала проехать. И хотя за рулем сначала был мой приятель, я вышел, чтобы отогнать машину. А тут откуда ни возьмись гаишники.

Как Максим ни упрашивал инспекторов отпустить его и не составлять протокол, обосновывая это тем, что вышел только отогнать машину, выпил до этого чуть-чуть и что протоколом они поставят крест на его милицейской карьере, - гаишники были неумолимы, не разжалобил их парень с загипсованной ногой и на костылях.

— Было 0,4 промилле алкоголя. В итоге — лишение прав на три года, до 2013-го. О службе в милиции можно забыть.

С этого момента Максим начал вместе с отцом восстанавливать кузова машин. В их мастерской побывало много разного транспорта: кто-то привозил после аварий свои поврежденные авто, какие-то они покупали сами и восстанавливали для дальнейшей перепродажи. Поэтому Максу удалось поремонтировать и покататься на совершенно разных машинах. Но больше парню нравились спортивные купе, поэтому и себе он присматривал авто такого типа. Дольше других задержались у него BMW 316 Compact, Mazda 626, Opel Calibra.

Фото из архива Максима

Однако культа из машин парень не делает — часто меняет одну на другую. При этом не жадничает: например, BMW просто так, не привязываясь ни к какому празднику, подарил своей старшей сестре — «Пусть катается и радуется», — а еще одно авто, Opel Astra G, подарил девушке, которая должна была стать его женой, но, увы, не сложилось. Приятели парня советовали ему потребовать у девушки возврата дорогого подарка, но он не стал этого делать.

— Считаю, раз подарил — не по-мужски забирать обратно. Пусть пользуется. Остальное останется на ее совести. Многие знакомые мне говорят, что я слишком доверяю людям. Может быть. Но какой есть — такой есть. Несмотря ни на что, я всегда готов помочь.

Совсем недавно Максим был обманут еще одной девушкой из Украины, с которой познакомился в интернете.

— Мы с ней переписывались, и она жаловалась, что ей тяжело — мол, война, живет в подвале. Мне очень захотелось ей помочь, я приглашал ее приехать в Беларусь — здесь спокойно, и даже выслал переводом около $ 500 — на дорогу. После этого девушка пропала и наше общение закончилось — она меня заблокировала на сайте.

И пока не встретилась Максиму настоящая любовь, единственная отдушина для него — это машины. Но вот с водительскими правами как-то не складывается. Когда до возвращения водительского удостоверения оставалось пять дней, к парню приехала знакомая девушка. Они попили пива, а потом подружка засобиралась уезжать. Так как деревня Максима находится в некотором отдалении от трассы, девушка попросила Максима довезти ее до асфальта, а там, мол, заберут друзья.

— Не знаю, откуда в лесу появилась патрульно-постовая служба милиции. Они меня остановили, почувствовали запах пива и вызвали гаишников. В итоге — 0,3 промилле и лишение права управления, в этот раз уже на пять лет — до 2018 года. Сейчас я думаю, надо было утекать от этих «ППСников», они бы меня не догнали — у меня машина была мощнее, и прав бы не лишился, — сетует парень.

Сказать, что Максим тогда был расстроен — это не сказать ничего. Парень был буквально раздавлен, а все из-за собственной глупости и отзывчивости. Жару ему поддали и родители, когда узнали, что сын снова лишен прав. Тогда парень дал себе слово, что больше никогда и ни при каких условиях не сядет за руль в подпитии.

Но даже без прав он все равно засматривался на машины и искал что-нибудь интересное — для себя.

Весной прошлого года по объявлению Максим нашел Ford Cougar 2000 г. в. в Минске. В столицу поехали всей семьей — смотреть авто. Машина принадлежала женщине, которая купила ее новой в салоне, а потом перестала ездить, и Ford просто стоял на улице и гнил.

Фото: Инга Шкелер

— Ford был в ужасном состоянии — ржавчина проела кузов насквозь. При этом владелица просила за машину $ 3000, но после торга отдала за $ 2150. Это были мои личные деньги — накопил.

Парень сразу начал приводить  автомобиль в порядок. И если по двигателю и подвеске работы было немного, то к кузову требовалось «приложиться» хорошо.

— Машина была серебристого цвета — мне он казался неинтересным. Как-то заметил в городе авто ярко-оранжевого цвета, который так красиво играл в лучах солнца — решил, что мой Ford тоже будет оранжевый. А чтобы выглядел более спортивным, задумал покрасить некоторые фрагменты черным цветом.

Но пока дело дошло до покраски, Максиму пришлось переваривать части кузова. В процессе работы он решил сделать на крыльях машины «жабры» — так авто будет казаться более резким и спортивным. Аппетит приходит во время еды: по мере углубления в работы по восстановлению машины в голову Максима приходили все новые и новые идеи, как сделать Ford еще более привлекательным.

В Минске обтянул «родные» сиденья в оранжево-черную кожу — под цвет кузова. Купил на авторынке диодные полосы и установил их под дно машины, передние и задние фары, в воздуховоды в салоне. Поставил парктроник с видеокамерой. Прилепил по кузову черные наклейки.

— Я очень люблю слушать музыку в машине, в основном рэп — поэтому установка хорошей стереосистемы была у меня в приоритете. Магнитолу Pioneer купил в Минске за $ 300. Колонки меня устраивали, поэтому только у друга взял сабвуфер, может быть, со временем его поменяю на лучший.

Фото: Инга ШкелерФото: Инга ШкелерФото: Инга ШкелерФото: Инга ШкелерФото: Инга Шкелер

Для того чтобы довести авто до такого состояния, Максу понадобилось 8 месяцев и около $ 4000. Но на достигнутом он не останавливается: недавно приехал из Польши спойлер, в пути — красивый бампер. Есть еще кое-какие задумки, о которых парень не говорит.

— Знаю, что если надумаю продавать машину, то вложенных в нее денег я не верну. Но я и не собираюсь ее продавать. Мой Ford — это часть меня, здесь мои сердце и душа.

Максим понимает, что некоторые автомобилисты называют такие машины, как его Ford, «авто с колхозным тюнингом», но ему безразлично мнение других людей: «Главное, чтобы нравилось мне».

— Есть люди и у нас в деревне, которым не нравится, что я сделал с машиной. Говорят: «Не так покрашено, цвет страшный». Но очень много и тех, кто меня поддерживает. Приеду на дискотеку, вокруг машины сразу толпа собирается. А еще, когда едем на авто там, где много людей [сейчас парень сам за рулем не ездит — усаживает друзей с правами], замечаю, как многие оглядываются и смотрят вслед. Приятно.

Фото: Инга Шкелер